— Идет, — ответил Малко, но без большого энтузиазма.

Аллан Пап рисовал на скорую руку в своей записной книжке. Он протянул листок Малко.

— Вот ваши адреса.

— Ну что ж! Я думаю, все решено, — оживленно заключил Уолтон.

— Кроме подробностей моих похорон, — возразил Малко насмешливо. — Я желаю, чтобы меня сварили в соусе.

— Ну, будет! Эта страна входит в ООН...

Уолтон оставил банкнот в один фунт для официантки. Трое мужчин проложили себе дорогу к двери. Воздух снаружи был вязким и горячим. Пап тут же оставил их, крепко сжав пальцы Малко.

Тот остался наедине с Полом Уолтоном. Эта беседа и то, как им распоряжались, ему порядком надоели.

— Я спрашиваю себя, не сесть ли мне на скандинавский ДС-8, который отправится завтра в Европу, — сказал он.

Пол Уолтон подскочил.

— Вы шутите!

— Нет. Черный юмор на мой счет — ваш.

Пол Уолтон взял его за руку.

— Мой дорогой, не обижайтесь. Я без вас никак не могу. Мне известно, насколько опасна и деликатна ваша задача, но вы единственный, кто может ее выполнить. Это я решил послать в Бурунди одиночку. Подумайте о тех двух парнях. Они одни уже трое суток. Нужно прийти им на помощь.

— Как, вы думаете, что их не нашли? Это кажется невероятным.

— Нет. Власть в Бурунди разваливается. Район, где упал спутник, полностью отрезан от столицы. В Конго некоторые белые неделями бродили в джунглях, прежде чем их спасли. Может, наши ребята лежат раненые в какой-нибудь хижине...

Малко искоса взглянул на него.

— Мой дорогой, если вы будете продолжать в том же духе, я сейчас заплачу навзрыд. Не связан ли ваш внезапный приступ совестливости с предстоящим через три месяца голосованием по принятию Китая в ООН? В третьем мире поднялось бы большое негодование, если бы в нейтральной стране обнаружили один спутник и двух шпионов-неудачников...